Ослабление доллара: могут ли действия Трампа привести к гиперинфляции

В январе 2025 года в Овальный кабинет после 4-летнего отсутствия вернулся самый эпатажный президент США последних десятилетий — Дональд Трамп. Всему миру бросилось в глаза его безудержное стремление получить Нобелевскую премию мира, а также постоянные заявления о том, что он закончил то ли семь, то ли девять войн.

Куда менее известно (точнее, известно лишь узким специалистам. — Ред.) о противостоянии Трампа с главой Федеральной резервной системы США Джеромом Пауэллом, закончившееся тем, что Министерство юстиции США инициировало против Пауэлла уголовное расследование.

С момента заступления Трампа на президентский пост в январе прошлого года он постоянно высказывал претензии в адрес Пауэлла и проводимой им финансовой политики.

Естественно, противостояние президента и главного банкира США не могло не сказаться на американском долларе, который начал падать по отношению к ведущим мировым валютам еще в январе 2025-го — сразу после прихода Трампа к власти.

К сентябрю 2025 года доллар ослаб по отношению к своему главному конкуренту евро на 17%; кросс-курс EUR/USD за 8 месяцев вырос с 1,0177 до 1,1918 доллара. По отношению к японской йене доллар за 12 месяцев 2025 года подешевел на 13,7%. Индекс доллара США DXY, измеряющий стоимость доллара по отношению к корзине основных валют, упал к сентябрю 2025 года почти на 10%.

^{Источник фото: pixabay}

По мнению финансистов, в прошлом году доллар пережил сильнейшее падение за последние годы. У истоков этого падения несколько причин, и все они так или иначе связаны с Дональдом Трампом.

На первое место стоит поставить развязанные им тарифные войны, которые усилили и так царившую после эпидемии COVID-19 разбалансированность мировой экономики. Также стоит упомянуть о непрерывном росте государственного долга США, в результате которого в октябре 2025 года США пережили самый длинный в истории шатдаун.

Глобальные инвесторы начали наращивать хеджирование своих рисков, связанных с США, что привело к прекращению многолетнего снижения хеджирования в периоды укрепления уверенности в «исключительности США». Неопределенность в политике — от вопросов о независимости Федеральной резервной системы до чувствительности рынка к новостям о тарифах — еще больше ухудшила настроения.

Одним из объектов постоянной критики Трампа стала финансовая политика, проводимая главой Федеральной резервной системы США Джеромом Пауэллом. Трамп настойчиво требовал от Пауэлла возобновить цикл снижения учетной ставки ФРС, мотивируя это необходимостью поддержать экономику.

Пауэлл всячески сопротивлялся давлению со стороны Трампа, заявляя, что высокая инфляция в Штатах не позволяет это сделать. И если начать снижение ставки, это приведет к еще большему росту инфляции и падению уровня жизни простых американцев.

В конце концов Пауэлл вынужден был пойти на попятную. В сентябре 2025 года учетная ставка была снижена на 25 базисных пунктов — до 4,25% годовых. Еще два аналогичных снижения были произведены в октябре и декабре 2025 года.

Однако было уже поздно: Трамп не прекращал обвинять Пауэлла во всех грехах, и в конце концов в начале января 2026 года стало известно, что американский Минюст инициировал уголовное расследование против Пауэлла.

Естественно, все это ударило по репутации американского доллара как «валюты-убежища».

Многочисленные законодательные инициативы Дональда Трампа, называемые им самим «Большой Красивый закон» (Big Beautiful Bill), стали ярким результатом его деятельности на должности 47-го президента США.

Каждое вмешательство в дела другой страны, естественно, продиктованное «сугубо высшими интересами США», первоначально неоднократно афишировалось Трампом. Иногда они облекались в какие-то законопроекты, как, например, законопроект об «аннексии Гренландии и предоставлении ей статуса штата США», который 12 января 2026 года был внесен в американский Конгресс.

Как события в Венесуэле повлияли на доллар США? Первой реакцией на происшедшее стало сокращение предложения нефти на мировом рынке (напомним, Венесуэла — № 1 в мире по производству нефти. — Ред.), что уже вызвало рост цен на энергоносители и глобальное усиление инфляционного давления, в том числе в США.

Сначала рост геополитической напряженности усилил доллар как традиционную «валюту-убежище», но в перспективе рост цен на нефть и более высокая инфляция ударят по доллару США и приведут к его ослаблению.

^{Источник фото: pixabay}

Аналогичной будет реакция и на события в Гренландии и Иране, если таковые в конце концов будут иметь место. По крайней мере, Трамп уже анонсировал их.

В краткосрочной перспективе действия Трампа поддерживают экономический рост и могут даже незначительно укреплять доллар. Однако в среднесрочной это приведет к росту бюджетного дефицита, увеличению государственного долга США и более активным заимствованиям Министерства финансов.

Самое же плохое в его политике -это давление на Федеральную резервную систему. Все потому, что для рынков независимость центробанка, эмитирующего «валюту-убежище» -главное условие. И в среднесрочной перспективе все действия Трампа неминуемо приведут к ослаблению доллара.

Однако стоит ли ждать гиперинфляцию доллара? Однозначно нет. Гиперинфляция -это сотни и тысячи процентов роста цен в год, утрата доверия к валюте, коллапс финансовых институтов. Для США такой сценарий маловероятен по нескольким причинам.

Во-первых, доллар был и продолжает оставаться мировой резервной валютой. Более половины мировых валютных резервов хранится в долларах. Спрос на него формируется не только экономикой США, но и всей глобальной финансовой системой.

Во-вторых, рынок госдолга США остается высоколиквидным. Даже при росте долга США способны привлекать финансирование на рыночных условиях — в отличие от стран, переживавших гиперинфляцию.

И наконец, не стоит забывать о таком факторе, как институциональная устойчивость. Федеральная резервная система, судебная система, финансовые регуляторы и налоговая модель США значительно сильнее, чем в государствах, где инфляция выходила из-под контроля.

Так что обвал американскому доллару не грозит. Однако дешеветь по отношению к евро, фунту, японской иене и швейцарскому франку в среднесрочной перспективе он будет. По крайней мере до тех пор, пока не сменится хозяин Овального кабинета и проводимая им политика.